«Каменская»

У этого термина существуют и другие значения, см. Каменская.

Каменская

Жанр

детективный фильм
мелодрама

Создатель

Юрий Павлович Мороз и Александра Маринина

Режиссёр

Юрий Мороз
Александра Маринина

В ролях

Елена Яковлева
Сергей Гармаш
Сергей Никоненко
Андрей Ильин
Павел Баршак
Дмитрий Нагиев

Композитор

Алексей Айги

Страна

Россия

Язык

русский

Сезонов

Серий

Производство

Продюсер

Юрий Мороз

Место съёмок

Минск

Длина серии

50 мин.

Студия

1-й сезон — НТВ-Кино, производство Рекун-Фильм, 2-й и последующие сезоны — РТР, производство — Рекун-фильм

Трансляция

Телеканал

Первый канал (1 сезон)
НТВ (1—3 сезоны)
РТР (все сезоны)

Пятый канал (1 сезон)

На экранах

2 января 2000 — 30 августа 2011

Ссылки

IMDb

ID 0317803

«Каме́нская» — российский детективный телесериал по романам писательницы Александры Марининой. Видеопремьера была выпущена 14 декабря 1999 года компанией «Pyramid Home Video», телепремьера пилотных серий сериала состоялась 2 января 2000 года на телеканале «НТВ».

Сюжет

Конец 1990-х — начало 2000-х годов. Преступность вышла из-под контроля правоохранительных органов, и майор милиции Анастасия Каменская проводит расследования по фактам преступлений. Вскоре она переходит в отдел убийств Московского уголовного розыска под руководством полковника Виктора Алексеевича Гордеева. Вместе с ней работают майор милиции Юрий Коротков и капитан милиции Михаил Лесников. Во втором сезоне Лесников уходит работать в Интерпол, а позже в ФСБ; вместо него в команду приходит капитан милиции из районного управления Михаил Доценко; в пятом сезоне погибает Коротков.

Часто в преступлениях, которые расследует Каменская, замешаны или даже причастны к нему авторитетные люди: политики, бизнесмены, главы крупных организаций. Однако кроме врагов из системы Каменская встречает и друзей, готовых ей помочь.

Образы центральных персонажей

В этом разделе не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена.
Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники.
Эта отметка установлена 12 декабря 2018 года.

Анастасия Павловна Каменская

См. также: Анастасия Павловна Каменская

Главная героиня сериала. Славится своими аналитическими способностями, незаурядным умом, а также «трудным характером», который заключается в способности постоять за себя перед начальством и добиваться своего, несмотря на возникающие преграды.

Анастасия Павловна воспитывалась отчимом и матерью, с которыми редко общается из-за загруженности на работе. Каменская замужем за учёным-математиком, одним из немногих людей, с которыми она может найти общий язык. Она принципиально против идеи иметь детей, так как считает, что не сможет с ними справиться, а также из-за страха, что преступники их могут использовать для шантажа.

Каменская — сильная личность, которая целиком отдаётся работе. Её цель — ловить преступников и раскрывать дела. Несмотря на это, в душе она хрупкая женщина: если и носит с собой пистолет, то глубоко в рюкзаке, иногда ей становится плохо при виде трупов. Оставаясь одна, она способна проплакать несколько часов, вспоминая убитого товарища или просто подследственного. Каменская по-человечески относится к бывшим осуждённым, она против рискованных операций, в ходе которых могут пострадать люди. Часто противостоит системе, за что на неё много раз совершались покушения.

Юрий Коротков

Работает в команде с Каменской. Простой опер, который не прочь выпить или взять отгул, чтобы встретиться с любовницей. У Короткова есть жена и трое детей. В 5-м сезоне становится известно, что Коротков погиб при исполнении служебных обязанностей.

«Колобок» (Виктор Алексеевич Гордеев)

Начальник отдела управления уголовного розыска ГУВД Москвы. Мудрый, добрый и справедливый. Готов стеной стоять за своих сотрудников. Не терпит самодеятельности от своих сотрудников и всегда негодует, когда эти факты вскрываются.

Алексей Чистяков

Муж Каменской. До свадьбы жил с Каменской больше 15 лет. Учёный-математик. Очень любит Настю, и когда уходит от неё, всегда возвращается. Чистяков готов мириться со всеми недостатками Каменской и часто помогает ей в аналитической работе, раскладывая преступления по полочкам логическими методами. Иногда даёт Каменской ключ к разгадке.

В ролях

Актёр Роль
Елена Яковлева майор, подполковник милиции (1—6-й сезоны) Анастасия Павловна Каменская
Сергей Никоненко начальник отдела управления уголовного розыска ГУВД Москвы (1–6-й сезоны) полковник Виктор Алексеевич Гордеев («Колобок»)
Сергей Гармаш майор милиции (1—4-й сезоны) Юрий Коротков
Андрей Ильин муж Каменской, профессор (1—6-й сезоны) Алексей Чистяков
Станислав Дужников оперуполномоченный (2—6-й сезоны) капитан Михаил Доценко
Дмитрий Нагиев капитан милиции, впоследствии сотрудник Интерпола и ФСБ (1—4-й, 6-й сезоны) Михаил Лесников
Дмитрий Харатьян брат Анастасии Каменской (1—3-й сезоны) Александр Павлович (Саша) Каменский
Павел Баршак старший лейтенант милиции, участковый инспектор (6-й сезон) Игорь Дорошин

Список сезонов и серий

В 1-м сезоне 8 фильмов по 2 серии:

Во 2-м сезоне 4 фильма по 4 серии:

В 3-м сезоне также 4 фильма по 4 серии:

В 4-м сезоне 3 фильма по 4 серии:

  • Фильм 1 (1—4-я серии) — «Личное дело».
  • Фильм 2 (5—8-я серии) — «Тень прошлого».
  • Фильм 3 (9—12-я серии) — «Двойник».

В 5-м сезоне 6 фильмов по 2 серии:

В 6-м сезоне 6 фильмов по 2 серии:

Примечания

Ссылки

В Викицитатнике есть страница по теме: q:Каменская (телесериал)

  • «Каменская 1» на сайте «Энциклопедия отечественного кино»
  • «Каменская 2» на сайте «Энциклопедия отечественного кино»
  • «Каменская 3» на сайте «Энциклопедия отечественного кино»
  • «Каменская 4» на сайте «Энциклопедия отечественного кино»
  • По пути // Независимая газета, 18.12.1999.
  • «Каменская»: как сложились судьбы актеров культового сериала

Тематические сайты

Летом не хочется думать о чем-то серьезном. Это время, когда толпы людей уезжают на море, можно выйти на улицу в одних шортах и наслаждаться жизнью. Но с другой стороны, это и отвратительная жара. Недавно на моем термометре было 35°C. Такую погоду я переношу просто ужасно, и именно из-за этого я пытаюсь комбинировать классику из школьной программы с чем-нибудь попроще.

К такому виду литературы и относятся детективы Марининой. По оценкам на ЛайвЛибе я заметила, что ее первые книги о Каменской пользовались большой популярностью и читательской любовью. К несчастью, у меня не было возможности начать цикл с первой части, но и четвертая — тоже неплохо, благо, их можно читать в любом порядке, и все будет понятно.

«Убийца поневоле» начинается с того, что к Каменской обращается ее сводный брат Александр, который сомневается в честности ее брата. Но не тут-то было: дело не заканчивается семейными скандалами, все гораздо серьезнее, чем может показаться. Повествование ведется сразу от нескольких лиц: Насти Каменской, Владимира Сергеевича Вакара и Игоря Ерохина. Так как до этого лета меня не особо тянуло в детективы, в пример могу привести лишь детективы о Фандорине. Акунин тоже умеет подогревать читательский интерес, описывая преступление глазами убийцы, но Маринина идет дальше — ты лишь отдаленно догадываешься, что раз эти герои появляются на страницах книги, то они явно причастны к убийствам. Но как? Первоначально вообще непонятно, какое отношение все герои имеют к Александру Каменскому и его любовнице, но — спокойствие! — через некоторое время вы начнете понимать, что происходит в книге и начнете получать удовольствие.

Несмотря на то что это детектив, приготовьтесь к трагическому исходу. Я очень эмоционально читаю любые истории, Маринина мастерски поддерживает читательский интерес и к расследованию, и к психологическому состоянию героев. В «Убийце поневоле» подняты важные мысли, проделана кропотливая работа, пока читаешь — невозможно оторваться. Это мне показалось занятным: обычно мы читаем детективы ради детективов, а тут еще романтика и семейные разборки. Кому-то может не понравится, но кто такого не боится — добро пожаловать! К сожалению, история на один раз. Как и большинство детективов, перечитывать мне «Убийцу поневоле», увы, вряд ли не захочется. Уже сейчас я забыла половину героев, ход расследования кажется несколько мутным. Но мне не забыть того острого ощущения, чувства безнадежности, с которым сталкиваются герои чуть ли не на каждой страницы. Очень приятно читать книги, пробивающие на эмоции.

Закончив диктовать показания, Вакар умолк. Настя не могла понять, испытывает ли он облегчение или вообще ничего не чувствует.

– Владимир Сергеевич, вы отдаете себе отчет в последствиях вашего шага?

– В каких именно?

– Следователь обязательно попросит вас опо-знать Ерохина и спросит, точно ли вы уверены, что видели на «Таганской» именно его. Вам придется рассказать ему, что вы не можете ошибиться, потому что хорошо знаете Ерохина в лицо. Дальше последует вопрос о том, откуда вы его знаете. Если об этом не расскажете вы, это может сделать Ерохин. Он может вас не узнать, но он не может не вспомнить вашу фамилию. Вам понятно, что произойдет дальше?

– Да, я думал об этом.

– И?

– Я готов ко всему, что может произойти дальше. Я уже говорил вам, что готов ответить за все, что сделал, если вам удастся это доказать. Я не буду вам помогать в этом. Но мешать и увиливать тоже не буду.

Насте казалось, что она разговаривает с автоматом. Совершенно ровный голос, бесстрастное лицо, неподвижная фигура, застывшая на стуле перед ней. Но это не был автоматизм равнодушия и холодности. Это было спокойствие человека, принявшего самое важное решение в своей жизни и понимающего, что он не может позволить себе отступить.

Она проводила Вакара до выхода из здания. Они какое-то время молча стояли рядом под холодным осенним дождем. Настя обхватила себя руками, дрожа от холода в тоненьком свитере. Она хотела поблагодарить генерала, но никак не могла решить, уместно ли это – благодарить человека, согласившегося с перспективой оказаться за решеткой, и какие подобрать слова, чтобы выразить то, что она думает, и не выглядеть при этом бестактной дурой. Вместо этого она просто протянула ему руку. Пожатие Вакара было коротким и крепким.

Бокр аккуратно вел машину следом за белыми «Жигулями» генерала Вакара. Слава богу, генерал явно не собирался осуществлять свой зловещий замысел сегодня. Было уже около полуночи, и он двигался в сторону дома.

Владимир Сергеевич обычно ставил машину во дворе, под окнами своей квартиры. Бокр уже знал об этом, поэтому решил во двор не заезжать. Когда белые «Жигули» свернули под арку, он остановил свой «Москвич», запер двери и тихонечко побрел к месту, откуда, как он успел выяснить, был виден подъезд, в котором находилась квартира Вакаров. Он посмотрит, как генерал войдет в дом, и будет стоять и наблюдать за подъездом до тех пор, пока не получит сигнала о том, что Ерохин тоже вернулся домой. Только уверившись в том, что потенциальная жертва находится у себя дома, Бокр сможет оставить наблюдение за охотником.

Он стоял, прислонившись к каменной стене дома, маленький человечек в длинном сером пальто и серой лыжной шапочке. В вечерней тьме на фоне грязной стены его не было видно даже на расстоянии трех шагов. Вакар закрыл машину, подергал дверцы, проверил, заперт ли багажник, вытащил сигареты, закурил. Даже в эту минуту он стоял очень прямо, не расслабляя спину, не переминаясь с ноги на ногу. Он курил и смотрел на освещенные окна своей квартиры.

Вот он бросил докуренную сигарету и шагнул к подъезду. И в эту секунду Бокр увидел во дворе среди множества других машин светло-кофейный «Мерседес». Точно такой же «Мерседес» он видел у Виктора Костыри. Бокр метнулся во двор и пулей долетел до знакомой машины. Все точно, и номера те же самые.

– Стойте! – закричал он вслед закрывающейся за Вакаром двери. – Подождите! Вакар! Подождите!

Он кричал очень громко, наверное, генерал слышал его, но отреагировать уже не успел. Раздался выстрел, в следующее мгновение из подъезда выскочил Ерохин. Еще один выстрел, и еще…

Взревев мотором, «Мерседес» вылетел на проспект. В безлюдном дворе на грязном мокром асфальте остался лежать маленький человечек в длинном сером пальто.

– Он умирает, – предупредил Настю врач, ведя ее по длинному больничному коридору. – Лучше бы, конечно, сейчас родственники пришли. Позже, боюсь, не успеют. А вы ему кто?

– Никто. То есть я хотела сказать, что я не родственница.

– Это я сообразил, – хмуро усмехнулся врач. – У него в нагрудном кармане бумажка лежала: «В экстренных случаях сообщить обо мне по телефону…» – и дальше два номера. Вот по одному из них я вас и нашел. Вы из милиции?

– Да, – кивнула она, даже не спросив разговорчивого врача, как он догадался об этом.

– Оперировать его нельзя, он не перенесет наркоза. Ранение тяжелое, кровопотеря огромная. Так что мы, увы, ничего уже сделать не можем. Но он молодец, в сознании, и даже со следователем немножко поговорил. Милиция сразу приехала, как его доставили, так и они следом. Но вы ведь не от них, я так понял?

– Нет, я сама по себе. Он мой друг.

В палате было светло и солнечно. Почему-то погожий день впервые за несколько недель выдался именно сегодня. «Ну почему сегодня? – как-то отстраненно подумала Настя. – Почему именно сегодня, когда он умирает, должен быть такой хороший солнечный день? Глупость какая-то».

Маленький человечек казался еще меньше в огромной пустой палате. Настя впервые увидела его без серой шапочки, и оказалось, что у него длинные темные волосы, стянутые на затылке в «конский хвост». Запавшие виски и выступающие скулы были пепельно-серыми и покрыты мелкими капельками испарины. Она бросила взгляд на прикрепленную в изножье кровати табличку, и сердце у нее оборвалось. На табличке было выведено крупными буквами: «Сергей Эдуардович Денисов».

Урка-лингвист.

«Золотой мальчик».

Сын Эдуарда Петровича Денисова.

Она подошла ближе и взяла Бокра за руку.

– Сережа, – позвала она. – Сереженька.

Он открыл глаза и попытался улыбнуться.

– Виноват, – прошелестел он едва слышно. – Не доглядел. Машина… другая была… не сообразил вовремя. Виноват.

– Почему вы мне не сказали? – с упреком спросила Настя.

– О чем?

– О том, что вы сын Эда Бургундского.

– Зачем? Внебрачный… Чем гордиться? Я не сын, я сам… сам по себе…

– Неправда, Сережа. Он вас любит. Он вас ценит. Он специально просил меня, чтобы я вас берегла. Говорил, что вы – золотой мальчик. А я вот не уберегла. Вы уж постарайтесь выкарабкаться, а?

– Не обещаю… Никогда не обещаю, если не уверен… – Он судорожно перевел дыхание, словно ему не хватало воздуха.

Он устало прикрыл глаза. Настя молчала, боясь его потревожить.

– Почему вы плачете? – раздался его голос. – Не надо…

– Откуда вы знаете? У вас же глаза закрыты, – попыталась она отшутиться, слизывая слезы с губ.

– Я слышу… Преступником был, свидетелем был… Теперь вот… и потерпевшим довелось побывать. Надо же, эпидерсия какая… Полный пердимонокль…

Он попытался улыбнуться. Его тонкие губы слегка растянулись и замерли. Настя не сразу сообразила, что они замерли навсегда. Только когда ее внезапно отстранила чья-то рука, она поняла, что за ее спиной все это время стоял врач.

Когда улеглась суета вокруг кровати, на которой лежал «золотой мальчик», она снова подошла к нему, наклонилась и осторожно поцеловала в лоб, провела рукой по лицу, закрывая в прощальном жесте его застывшие глаза.

– До свидания, Сережа, – давясь слезами, тихо сказала она. – Прости меня.

Громкий звонок внутреннего телефона вывел ее из оцепенения.

– Каменская, зайдите ко мне, – послышался сухой голос Виктора Алексеевича Гордеева.

Каменская! Значит, какой-то официоз. Настя посмотрела на себя в зеркало. Темные круги под глазами, красные припухшие веки, красные пятна на землисто-бледном лице. И почему находятся писатели, у которых героини становятся еще красивее, когда плачут? Надо же так бессовестно врать!

Она открыла сумку, достала «косметичку» и на скорую руку привела себя в порядок, замазала жидкой пудрой некрасивые аллергические пятна, подкрасила веки, чтобы скрыть отечность, причесалась. Подошла было к двери, но вдруг остановилась, поглядев на свои ноги. У Колобка в кабинете чужие, а она собирается явиться туда в джинсах, свитере и кроссовках. Непорядок.

Она быстро заперла дверь, сорвала с себя цивильную непритязательную, но так любимую ею одежду, достала из шкафа форменную юбку и рубашку с погонами. Так будет лучше, решила она, заводя руки за шею и вслепую нащупывая застежку на темно-сером галстуке. Черные туфли, правда, были неудобными и немилосердно сдавливали ступни, но это можно перетерпеть.

В кабинете у Гордеева она увидела троих незнакомых мужчин. Двое сидели за длинным приставным столом для совещаний, третий стоял у окна, там, где в минуты раздумий любил стоять сам Колобок. Полковник восседал на своем месте, строгий, с непроницаемым холодным лицом. – Знакомьтесь, товарищи, – произнес он будто бы сквозь зубы. – Майор Каменская Анастасия Павловна. Анастасия Павловна, это наши коллеги из Федеральной службы контрразведки.